Почему наши враги на Донбассе до сих пор не сложили оружия

«Донецких патриотов призываю быть готовыми простить своих соседей — по крайней мере, тех, на чьей совести нет военных преступлений»

Сейчас я вам расскажу, почему наши противники до сих пор не сложили оружие.

«Новороссию слили. Никакой амнистии не будет. Русские скоро уйдут, а украинские спецслужбы будут нас годами вылавливать и уничтожать без суда и следствия. Мы будем просто незаметно исчезать…» — Женя «Шахтер», донецкий ополченец.

Точнее не скажешь. Именно через этот страх за собственные жизни они и воюют.

А теперь я вам расскажу, почему они вообще взяли в руки оружие.

Конечно, «восстание» против «нацистской хунты» был целиком и полностью организован из Москвы. Но без поддержки значительного количества местных в русских ничего бы не получилось. Как не получилось после первого Майдана.

Вспомните события 2004-2005-го годов: Виктор Ющенко пришел к власти путем Майдана и был точно не меньше «бандеровцем» и «американцем», чем Петр Порошенко. Казалось бы — чем не «нацистский переворот», берите в руки оружие и провозглашайте «Новороссию». Но им и в голову не пришло это делать, и все «сіверодонецькі съезды», как в Кремле не старались, закончились пшиком.

В чем же разница?

А просто: часть «донецких» сделали ставку на победу Януковича, приехали в Киев и начали убивать людей. И проиграли.

Когда Майдан победил, они испугались мести и вместо бежать за границу, в страну, которая их поддерживает, как делали и делают в подобной ситуации в целом мире, снова сделали ставку — на этот раз на победу Путина. Они снова ошиблись, и уже начали понимать это, и гостеприимная ватная Россия продолжает терпеливо их ждать.

Они начинают список своих «обед» с погрома автобуса с крымскими антимайданівцями и одесских событий 2 мая. И скромно умалчивают при этом, что в автобусе 20 февраля, в последний день грандиозного побоища на Майдане, убегали тітушки с ножами и битами в свежей крови (видимо, их надо было провожать цветами), а в Одессе все началось с расстрела колонны с проукраинскими футбольными болельщиками (пока антимайданівці вели себя мирно, никто их не трогал).

Но это все прошлое, а думать надо о будущем. Если бы тех боевиков было где-то до сотни, их следовало бы приговорить к пожизненному, чтобы другим было неповадно. Но их очень много, они начнут откупаться, и осудят в результате не самых виновных, а самых бедных, а прокуроры и судьи станут миллиардерами. Поэтому я изначально стою на позициях амнистии сразу после сдачи оружия — для всех, кроме вожаков и явных военных преступников. Этих тоже не придется судить, ибо убегут к России.

И никаких выборов лет на 5, это минимум, а лучше на 10, пока не пройдет инфекция.

Гарантией от внесудебных расправ со стороны украинской власти могли бы стать зациклены на правах человека западные наблюдатели, которым легко набить экс-ОРДЛО в большом количестве.Украинские спецслужбы никогда не будут вылавливать бывших рядовых боевиков — им больше нечего делать, они будут охотиться на действующее ватное подполье, без которого, понятное дело, не обойдется, пока существует Россия.

Означает ли это, что рядовой боевик, сложив оружие, получив амнистию (или просто скрыв факт своего участия в боевых действиях) и отказавшись от антиукраинской деятельности, будет в полной безопасности?

К сожалению, нет.

В вышеизложенных раскладах не учтен еще один фактор: ДОНЕЦКИЕ. Те самые, которых били, пытали, изгоняли из их домов. Я так спокойно говорю об амнистии, потому что я из Киева, среди моих родственников есть беженцы из Луганска, но это семья троюродной сестры — все-таки не самая близкая родня, а ближайшие в Киеве, и никого из них боевики не тронули. А донецкие и луганские, те, которые сейчас воюют на нашей стороне — смогут ли они простить?

Один мой собрат из Донецка одним из первых ушел на фронт добровольцем. «Друзья семьи» слили боевикам информацию, что он не на заработках, его жены и маленького сына ворвались боевики, сымитировали на глазах у матери расстрел ребенка, матери после пережитого пришлось серьезно лечиться. Хорошо, что не убили, а только ограбили и выгнали из города.

В другой знакомой семье забрали инвалида и неделю страшно пытали в подвале за то, что его сын служил в «Азове». И все это делали не русские, а совсем-таки местные.

Таких случаев множество. И эти люди вернутся. И они прямо говорят, что не хотят никаких амнистий, и что если государство не накажет виновных, они сами будут их наказывать. И будут же. Не все, но по крайней мере некоторые, а особенно те, кто прошел войну.

Даже абсолютно мирные вынужденные переселенцы говорят сейчас, что не знают, как после нашей победы вернутся домой. Они говорят: «Как с этими людьми жить на одной улице, дышать одним воздухом, водить детей в одних детсадов?»

А ничего не поделаешь. Жить на одних улицах придется. И я уже сегодня призываю донецких «ватників» быть готовыми покаяться перед своими соседями, которые скоро вернутся домой. А донецких патриотов призываю быть готовыми простить своих соседей — по крайней мере, тех, на чьей совести нет военных преступлений. Всех, кто бегал на митинги и «референдумах» (а на бабушке с плакатом «Путин, пріді!» крови больше, чем на том боевике, что сидит сейчас в окопе напротив меня), всех, кто носил еду «ополченцам» и даже стрелял из окопов — придется простить. Ради будущего нашего государства.

Ну, а те, кто пытал, расстреливал, издевался над безвинных и беззащитных — бегите! Спецслужбы еще могут вас прохлопаты, а соседи достанут.

Добавить комментарий