Мы хотели развивать страну. Две истории одних из первых патрульных Львова

О начале работы патрульной полиции во Львове, отношение к ней жителей, условия работы, проблемы реформы и пути их решения Tvoemisto.tv говорило с бывшим полицейским, юристом Юрием Прусом и велопатрульним Михаилом Лічкуном.

Первые из первых

Юрий Прус был одним из первых 600 полицейских во Львове, его экипаж — один из тех, которые первыми выехали на смену на улицы Львова. Он имеет юридическое образование и говорит, что видел себя где-то, но не в структуре МВД. Но все изменилось после Революции Достоинства и смены власти.

«Начались изменения, в том числе реформа Министерства внутренних дел. Все происходило красиво и пафосно, говорились правильные вещи в средствах массовой информации, и это подкупало вот таких ребят, которым тогда был я, сознательных граждан, которые хотели что-то делать. Нам было по 22-23 года, и мы видели, что можем сделать какой-то вклад в развитие страны. И тут у меня появилась такая возможность», — говорит Юрий.

Юрий Прус

Когда он подал заявку в первый набор патрульной полиции во Львове, не очень рассчитывал пройти, поскольку кандидатам говорили, что конкурс — 18 человек на одно место. В отборе было несколько этапов, последний из которых — собеседование. За неделю после нее Юрия пригласили на обучение.

«Я замечу, что за это время не заплатил ни копейки. Возможно, ходили легенды о взятках, но с первого выпуска полицейских ни от кого не слышал, чтобы были какие-то «решения вопросов». Если бы мне сказали тогда что-то заплатить, я бы рассмеялся им в лицо и ушел», — говорит он.

Обучение длилось три месяца. По словам Юрия, ему оно давалось легко — благодаря предыдущей юридическом образовании, однако для тех, кто такой не имел, обучение было достаточно содержательным и информативным.

«Нам дали определенную базу, но на самом деле мы — первый выпуск — учились просто на улицах. В старой системе как происходило? Ты, молодой гаишник, приходишь на работу, тебя ставят в экипаж к опытному пузатого дядю с усами, который тебе говорит: «Становишься туво на линию и смотришь, чтобы ехали на тебя, и штрафуєш их всех». То есть тебе рассказывают, как оно все должно работать. У нас такого не было — мы были, как слепые котята», — говорит он.

Юрий вспоминает, что сначала было довольно много ошибок, например, в оформлении протоколов, однако другие структуры, с которыми они работали, — прокуратура, суды, — относились к этому с пониманием.

«Конечно, они действовали в пределах законодательства, не закрывали глаза на серьезные нарушения, но мелочи позволяли исправлять. Они понимали, что нам еще нужно набраться опыта», — рассказывает он.

По словам Юрия, в начале патрульные работали с большим вдохновением и эйфорией: график был довольно изнурительным, но на это не зважалося — им хотелось идти на работу, «потому что это было классно». Значительную роль здесь играло и отношение людей — не было такого негатива, как при старой системе.

«Первый месяц у нас вообще была исключительно превенция — увидели нарушение, остановили, поговорили, объяснили и отпустили. Конечно, за нетрезвое вождение штрафовали — тогда это для нас вообще была экзотика. Один экипаж в первую ночь остановил такого — то мы все пришли на протокол смотреть. И мы хотели тогда останавливать таких водителей, хотели быть полезными обществу. О каких взятках речи вообще не было», — вспоминает он.

Представления патрульной полиции во Львове

Михаил Лічкун выучился в Крыму на железнодорожника и переехал во Львов после аннексии Крыма в июле 2014 года. Желание работать по специальности у него не было. В полиции он работал на двух работах — риелтором и в кафе в аэропорту. Жил с журналистом, который для материала подал заявку полицию и подстрекал его сделать так же.

«Я не видел себя в правоохранительных органах вообще — по крайней мере в том виде, в котором они были до 2015 года. Поэтому работать в полиции не собирался и на первый набор в Львове не подался. Решение пойти в патрульные принял уже после запуска полиции в Киеве, поскольку через СМИ увидел, что что-то таки изменилось», — говорит он.

Михаил подал заявку в полицию за месяц до ее официального старта в Львове. Он прошел все этапы отбора, однако после собеседования с ним не связались. Вспоминает, что был на присяге первых патрульных во Львове и Ивано-Франковске и уже имел большое желание стать частью этого процесса. И в феврале 2016 года ему таки пришло приглашение на обучение, которое длилось до середины апреля. С того времени он работает в полиции, сейчас — в велопатрули.

Михаил Лічкун

В отличие от Юрия Прусса, он уже имел, у кого учиться. Сначала его ставили в экипаж третьим до более опытных патрульных, но устойчивого наставника, говорит он, не было.

Почему патрульные освобождаются

Юрий Прус проработал патрульным несколько месяцев, после чего ему предложили должность юриста, некоторое время он возглавлял юридический отдел. В это время он больше сталкивался с прокуратурой, судами, и говорит, что проблем в коммуникации не было — только понимание и сотрудничество. Примерно полтора года назад он уволился. И говорит, что таких, как он, было и есть много, но на их место новых работников приходит меньше.

«С каждым месяцем мы больше видели, что старая система еще борется и пытается вернуться — в целом в Украине. Не было абсолютно этого «дорогу молодым». Были такие показательные моменты: поставили молодого, нового руководителя, но сбоку где-то есть старый добрый советчик, который влияет на его решение. И такие вещи демотивували», — рассказывает он.

Также, по его словам, в систему начали постепенно возвращаться «старые» работники, а на руководящие должности порой назначали тех, кто не имел для этого соответствующего образования или лидерских качеств.

«Начиналась стандартная держслужбовницька ситуация: я вот вислужуся перед кем-то, меня заметят и потащат, начинали где-то ставить «своих» людей», — говорит Юрий Прус.

Михаил Лічкун также говорит, что такие назначения «по знакомству» демотивируют. В то же время он отмечает, что в целом является смена кадров и подходов к решению определенных проблем, и это первый позитив реформы.

«Работа интересная, но разочарование может прийти со всех сторон. Во-первых, отношение к тебе людей. Время в течение всего дня с тобой ведут себя нормально, а в других случаях, даже когда ты хочешь просто провести профилактическую беседу, тебе сразу начинают хамить. Такая ситуация у нас каждый день на улице Гнатюка, где паркуются на местах для людей с инвалидностью. И когда мы начинаем эвакуировать авто или выписывать штрафы, постоянно возникают конфликты. Но ведь никто не заставлял этих людей нарушать правила. И если такие ситуации случаются часто, они морально истощают», — говорит Михаил.

Юрий Прус тоже отмечает, что со временем начал возвращаться негатив и высокомерие со стороны жителей.

«Это стрессовая работа — постоянные «ты — мент поганый, шо, я не могу на желтый проехать, ну один раз, ну пропусти, ну что тебе трудно?». Это все возвращается тоже, в том числе «я сейчас позвоню». Но дело в том, что раньше не было, куда звонить, а сейчас, кажется, уже есть», — говорит он.

В то же время, Михаил Лічкун говорит, что в целом изменения в обществе — просто патрульным чаще приходится иметь дело именно с нарушителями. Еще одной причиной увольнений он называет заработную плату. Именно это стало последним аргументом для Юрия Прусса.

«Не могу сказать, что работа для меня была очень сложная. Она была рутинная и объемная, и за нее, соответственно, хотелось получать больше. Это в целом проблема полиции. В начале нам предложили зарплату, которая была приличной на то время. Но со временем работы становилось больше, но зарплата пропорционально не росла. И это была причина увольнения для многих хороших, идейных патрульных: ты хочешь получать больше, но взятки брать не собираешься, поэтому ищешь новую работу», — говорит он.

С другой стороны, Юрий говорит, что вряд ли большая зарплата мотивировала бы его остаться, потому что уже было разочарование от возвращения старой системы — непонятные указания от высшего руководства, бюрократия, а также внедрения планов по протоколам за смену. Зато Михаил Лічкун говорит, что он в работе с планами выполнения не сталкивается.

Также среди причин увольнений и Михаил, и Юрий называют недостаточное техническое обеспечение.

«Когда я вспоминаю наше представление, то аж мурашки по коже. Это все выглядело очень классно — новая качественная форма, новые девайсы, машины, мы такие американцы-американцы. И нас убедили, что в дальнейшем техническое обеспечение будет на высоком уровне. Но так не случилось, и это тоже повлияло на патрульных», — говорит Юрий Прус.

Представления патрульной полиции во Львове

Кроме того, по его словам, патрульные не чувствуют себя социально защищенными. Михаил Лічкун рассказывает, что с социального обеспечения сейчас, в частности, есть возможность купить квартиру в лизинг или же получить компенсацию за аренду жилья, однако условия этих программ очень неудобные.

«Меня интересовала компенсация. Для нее нужно собрать кучу документов, что уже часть людей отталкивает. Я подал документы в мае, и две недели назад получил только отписку, что мою заявку приняли на рассмотрение, а результат будет к 15 сентября. Мне кажется, что потом найдутся какие-то нюансы, за которые мне компенсацию не дадут. Думаю, что люди, которые это придумали, знали, что оно не заработает», — рассказывает он.

Как реанимировать патрульную полицию

По словам Юрия Пруса, для того, чтобы продолжить реформу, мотивировать людей снова идти работать в патрульную полицию и повысить ее престижность, необходимо обеспечить три вещи — правильные кадровые решения, более высокую зарплату и хорошую социальную поддержку.

«Если было бы социальное обеспечение, патрульные бы чувствовали, что они нужны государству, что они отдают свое время и здоровье не зря. Я общался с полицейским из Америки. У них там тоже не слишком высокая зарплата, но как раз социальное обеспечение очень хорошее — страхование, пенсия, различные льготы. Думаю, если бы у нас такие вещи ввели, то исчезла бы коррупционная составляющая — каждый полицейский бы боялся потерять свое место и не рисковал бы», — считает он.

В свою очередь, Михаил Лічкун добавляет, что необходимы и изменения в законодательстве.

«Уже во время обучения в патрульной полиции меня удивляли разногласия в законодательстве, особенно в Кодексе об административных правонарушениях, с которым больше всего и сталкиваются патрульные. Его приняли еще в Советском союзе. С того времени в него вносят изменения, но медленно», — говорит он.

По его мнению, больше всего Кодекс недееспособный, в частности, по статье о мелком хулиганстве, где санкции — штраф 140 грн или 15 суток, но уже после решения суда. Но патрульный, объясняет Михаил, после задержания и оформления протоколов должна хулигана отпустить — и если тот был пьян, то может за это время даже не протрезветь и продолжить дальше хулиганить. Кроме того, появление хулигана в суде должен обеспечить патрульный или участковый.

«Другая статья — злостное неповиновение. Был случай, когда составили такой протокол, но задержанный начал его оспаривать, аргументируя превышением полномочий, и патрульных отстранили от работы — по сути за выполнение своей работы. Больше эту статью стараются не использовать. В общем часто штрафы низкие, человек может их не платить, а исполнительная служба не будет активизировать свою работу за маленькую сумму штрафа. Кроме того, в админке срок рассмотрения — три месяца, после этого дело закрывают», — говорит он.

Также, по словам Михаила, необходимо улучшить техническое обеспечение патрульных — как количественно, так и качественно. Кроме того, патрульным хотелось бы получать больше поддержки — как от общества, так и от тех, кто работает в системе.

Михаил Лічкун с коллегой

Юрий Прус говорит, что абсолютно не жалеет, что пошел работать в патрульную полицию — это был очень хороший опыт. Михаил Лічкун говорит, что в целом хорошо, что эта реформа вообще началась, но сейчас, по его мнению, она сбавила темп.

«Для того, чтобы дальше все двигалось, надо что-то делать. А сейчас или делают что-то не то, или не знают, что делать. Приус, с которым ассоциируется патрульная полиция, — машина надежная и выносливая. Но для того, чтобы он нормально работал, его нужно своевременно обслуживать. Так же и всю система. Чтобы патрульная полиция продолжала работать, людей надо мотивировать в ней оставаться», — говорит он.

Этот медиа-продукт создан TvoeMisto.tv при поддержке Агентства США по международному развитию (USAID). Содержание продукта принадлежит исключительно TvoeMisto.tv и не всегда отражает взгляды USAID или Правительства США. Воспроизведение и использование любой части этого продукта в любом формате, в том числе графическом и электронном, копирование или использование в любой другой способ без соответствующей ссылки на оригинальный источник и письменного согласия редакции TvoeMisto.tv запрещено.

This media product was produced by TvoeMisto.tv with the support of the United States Agency for International Development (USAID). The product content is solely TvoeMisto.tv and does not necessarily reflect the views of USAID or the US Government. Reproduction and use of any part of this product in any format, including graphic, electronic, copying or use in any other way without the corresponding reference to the original source and written approval from TvoeMisto.tv, shall be prohibited.

Добавить комментарий