Когда солнце меркнет

Согласно с писаниями и преданиями, точным отражением которых является церковный календарь, временной отрезок между наивысшим взлетом Иисуса Христа в глазах простого народа и тем же народом громко одобренным, публичным распятием составляет всего пять дней.

Еще в воскресенье Он триумфально въезжал в Иерусалим, и радостная толпа стелила ему путь пальмовыми ветвями. Уже в пятницу его казнили, и толпа так же захлебывалась радостью. Собственно говоря, публичное распятие Иисуса было подарком народу к празднику. Благодаря этому карательному актовые ежегодный религиозный праздник дополнилось праздником народного волеизъявления и настоящего, а не показушного народовластия.

Относительно Иисуса было применено позорную и жесточайшую практику публичного убийства. К такому прибегали только в случае самых последних, самых худших и самых мерзких преступников.

Если бы Понтий Пилат не обнаружил политической гибкости и Иисуса, не дай Бог помиловал, то разъяренная толпа мог взбунтоваться на всей подконтрольной прокуратору территории. Общественная атмосфера закипала. Созданный накануне гештеґ #розіпниЙого! в течение суток набрал рекордное количество распространений в соцсетях. Социологические опросы как привластных, так и «независимых» исследовательских служб единодушно показывали, что число сторонников Иисусова распятия стремительно растет и по состоянию на утро пятницы составила более 73 процентов. Понтий Пилат этот голос народа услышал. Как опытный политик с изящной государственнической интуицией, он не мог проіґнорувати такой реальности и умыл руки.

Ведущую роль в устранении Иисуса сыграл иерусалимский Синедрион, умело манипулируемый втеклим из Украины олигархом. Впрочем, это последнее обстоятельство является скорее слухом (тогда, в эпоху т. зв. пост-правды, их называли фейк-ньюсами) и нигде в писаниях не подтверждена. Доподлинно известно лишь то, что Синедрион обвинил Иисуса в богохульстве. Понтий Пилат присоединился к уважаемых моральных авторитетов и дополнил выдвинутое относительно галилеянина пунктом обвинения о попытке государственного переворота и захвата власти.

Этого было уже больше чем достаточно.

Тот факт, что приговоренный к казни Иисус таки действительно медленно и мучительно умирает на кресте, невероятно веселил присутствующих первосвященников, старейшин, книжников и фарисеев. «Других спасал, а Себя Самого не может спасти, – смеялись они, наслаждаясь зрелищем. – Если Он Христос, Царь Израилев, пусть теперь сойдет с креста, и тогда уверуем в Него; уповал на Бога, пусть теперь Бог спасет Его, если Он угоден Ему; ведь Он говорил: Я – Сын Божий».

В праздничной толпе оказалось немало желающих сделать селфі с умирающим Иисусом на фоне. Немало было и таких, которые стрімили событие онлайн своими каналами. Представителям силовых структур, а особенно их центуріонові, шутку о спасении очень понравился, поэтому и они его подхватили: «Если Ты Царь Иудейский, спасись Сам!» (Это выражение, правда, в несколько сокращенной версии, сразу стал мемом.)

Но Иисус продолжал умирать, и народ не мог нарадоваться собственной прозірливості и мудрости. Никогда раньше Иудея не была такой единственной в своем выборе, как этого дня. Немногочисленные же потуги галилейських сепаратистов что-то намутить в этом едином порыве выглядели просто жалко.

Еще немного о силовиков. Воины, которые распяли Иисуса Христа, взяли его одежды и стали делить между собой. В тогдашние времена это называли красивым словом «дерибан». Верхнюю одежду они разорвали (по-тогдашнему – раздерибанили) на четыре части, каждому воину досталось по одной. Хитон же был не шитый, а соткан сплошь, сверху донизу. Тогда они сказали друг другу: «Не станем раздирать его, а давай бросим жребий на него, кому будет.»

Они и не догадывались, что своими действиями только сделали древнее пророчество царя Давида: «Разделили ризы Мои между собой, и за одежду бросали жребий Мой.»

Впрочем, то был момент, когда вообще еще никто ни о чем не догадывался.

Но уже вскоре солнце померкло, и три часа была тьма на земле». Далее в писаниях говорится, что «в третьем часу пополудни Иисус громким голосом призвал: “Отче, в руки Твои предаю дух мой!” Затем склонил голову и умер».

И тогда произошло землетрясение, в результате которого «скалы распались и открылись гробы». И тот самый центурион и несколько его подчиненных, «видя землетрясение и то, что произошло, сильно испугались и говорили: “Это действительно был Сын Божий!”»

Выводы из событий того дня далеко идущие и многогранные. Один из них заключается в том, что когда двое спорят и один из них считает, будто имеет аж 73 процента рации, то это, как учил Чеслав Милош, «очень подозрительно».

Второй – что прозрение все равно неизбежно и даже при массовом ослеплении каждому из нас дана возможность прозреть, как том центуріонові.

Беспокоит лишь один вопрос: для этого обязателен землетрясение?

Подписывайтесь на канал Калитки в

Telegram
,
читайте нас в

Facebook

и

Twitter
,
чтобы первыми узнавать о ключевых событиях дня