Прикарпатский спецназовец Виктор Панькив о «Беркут», справедливость, АТО и службе в полиции

В свои 32 он тот, кто знает, что такое «горячие точки». Воочию увидел смерть. Был ранен и уцелел. Правда, травма, полученная на войне, напоминает о себе и сейчас.

Виктор Паньков – полицейский, боец АТО. Родом из Калуша. Кандидат в мастера спорта – занимается пауэрлифтингом. В июне 2014 года попал под минометный обстрел и был ранен осколками. Виктор получил ряд наград за преданную службу.

Не скрывает, что ранее служил в спецподразделении «Беркут», а сегодня гордится и в дальнейшем поддерживает традиции подразделения. На службе с 2010 года. Сейчас занимает должность заместителя командира первого взвода роты полиции особого назначения. Звание – лейтенант полиции.

Боец хотел работать в органах с детства. Окончательно решил на службе в армии. Понимал, что любовь к спорту и сильный характер помогут воплотить мечту в реальность.

«Я никогда не буду жалеть, что служу в этом спецподразделении. Как бы была возможность прожить еще одну жизнь, я бы пошел снова. Это «школа», которая показала жизнь », – рассказывает Виктор.

Чтобы попасть в полицию, за нормативы не переживал, ибо все удавалось, а чувство справедливости вело вперед. Признается, что часто жизненные моменты заставляли задуматься над словом «справедливость». С людьми, которые пропагандировали другую дорогу, прощался.

«Сложно понимать, что справедливости как таковой нет, но это не значит, что ее не нужно добиваться», – говорит спецназовец.

Не скрывает, что команда в спецподразделении играет свое: один помогает другому стать лучше, сильнее:

«Это – великие люди, которые помогают расти и развиваться. Мы совместно тренируемся и достигаем цели. Вместе работаем на задержаниях и массовых мероприятиях».

Правда, с огорчением вспоминает, как подразделение «Беркут» смешали с грязью после Революции Достоинства. Более того, считали врагами народа. Говорит, что люди восприняли информацию такой, какой ее подали, но почему-то не анализировали.

«Народ хотел изменить страну к лучшему. Это же хорошо. Я сам хочу жить лучше и чтобы мои родные так жили. Я не обиделся на народ за нелюбовь к «Беркуту», но информации о наше спецподразделение они не имели и сколько проделано работы, – делится полицейский. – Жаль, что через чьи-то неправомерные действия из спецподразделения вину возложили на всех работников».

Через такие события у Виктора возникли проблемы в семье, которая не понимала почему он еще не уволился из «вражеского подразделения. Единственная поддержка на то время – родная сестра.

Несмотря на все, в АТО пошел самостоятельно, а не через приказ. Когда сказали об отправке на Восток, Виктор мог отказаться. До сих пор не понимает как это бы сделал, если собратья ехали, если поддержка была столь необходимой. Поэтому 21 апреля 2014 года, на Пасху, отправился на Восток.

Прибыв на базу дислокации, бойцов разделили на три группы совместно с десантниками 25-ой бригады. Первая группа відряджалася на зачистку Краматорске, позже их перебазирован на четвертый блокпост.

Вторая и третья группы были командированы одним транспортом, но на разные блокпосты: одни ехали на пятый блокпост в г. Славянск, другие – на гору Карачун. В вертолете поделились на две группы и первая должна была высаживаться на г. Карачун, где и был Виктор. Но так случилось, что вертолет сначала полетел на пятый блокпост и те бойцы, которые были ближе к выходу, вышли.

«За таких действий пилота, мы поменялись с группами местами», – рассказывает боец.

На то время маршруты и точки приземления менялись через врага, который был рядом. К сожалению, за месяц, печальная весть: 29 мая под Славянском террористы сбили вертолет Ми-8, в котором погибли 12 военных вместе с генералом Кульчицким. В том числе погибли и шестеро коллег Виктора. Уцелел только пилот. Виктор воочию видел сбитый вертолет, но помочь было невозможно… Мысль, что и он там мог быть до сих пор не дает покоя. Виктора спас маневр пилота еще тогда, в апреле.

«Славянск на то время был самой горячей точкой, на это указывали эксперты. Отверстия от пуль были вокруг нас. Ветки падали под ноги и на голову тоже. Да и пуля горячая под ноги падала, – вспоминает милиционер. – Откровенно, я знаю, что такое свист пули над головой. Потому что самого выстрела не слышишь через расстояние, но свист слышно».

Относительно эмоций, Виктор говорит, что бойцу лучше не оставаться наедине. Потому что тогда возникает много мыслей. В тот момент решаешь все вопросы и только одно в голове – живым не вернешься. Однако боевой дух не оставлял никого:

«Я ни от одного солдата не слышал, что это конец и надо ехать домой. Мы взяли Славянск в осаду, а нас враг взял в осаду. Путей отступления не было. Нас реально спасала артиллерия на горе Карачун. Это был круг в круге».

6 июня Виктора эвакуировали из-за ранения, которое получил в результате минометной атаки. Через вражеское нападение погиб седьмой спецназовец, а Виктор травмировался:

«Снаряд упал от меня на расстоянии 40-50 метров. Я почувствовал сильный удар в голову с левой стороны. Это было где-то так: сияние, удар, горячий воздух и черный дым. От удара меня отбросило. Лицо залило кровью, потому что осколок прошел с левой стороны головы. К счастью, не проникающий. Мне разорвало кожу и повредило череп. Высказывание, что перед смертью вся жизнь проходит – правда. За несколько секунд я увидел жизнь в хаотичном порядке: от школьных лет и до армии».

После возвращения с Востока, из правоохранительных органов Виктор не собирался идти. Уже трижды отправлялся на Восток страны, но все было как-то не так, по сравнению с 2014 годом. Более того, если опять «попросят» – без колебаний поедет. Потому что точно знает, что справедливость и лучшую жизнь будут.

Подписывайтесь на канал Калитки в

Telegram
,
читайте нас в

Facebook

и

Twitter
,
чтобы первыми узнавать о ключевых событиях дня

Добавить комментарий