Над чем работают львовские ученые и кто за это платит

Со следующего года украинские ученые смогут получить больше денег для своих научно-технических разработок и исследований. Недавно украинское правительство создало Национальный фонд исследований, который с 2019 года начнет предоставлять гранты отечественным ученым. Tvoemisto.tv расспросило львовских молодых ученых и изобретателей, как сейчас финансируются их разработки и каких возможностей им и до сих пор не хватает.

Котята для изобретательницы

Софія Петришин только закончила 11 класс, а уже успела придумать устройство, которое поможет превращает печатный текст в шрифт Брайля.

Все началось с того, что София посещала Малую академию наук и очень хотела что-то создать. Девушка имела много идей, и важнейшей из них была идея создать переводчик. Вместе со своим научным руководителем София решила продолжили работать над этой идеей. Так появилось устройство, которое считывает цифровую информацию и превращает ее в объемный шрифт Брайля.

«Мы часто думаем о своем собственном комфорте, но не обращаем внимания на жизнь людей, которые имеют большую потребность в том. Я разработала прототип и большой макет устройства, который мы еще будем совершенствовать, чтобы потом его запатентовать и подать на производство. Мы его назвали «Kitten and claws», потому что эти иголки которые отображают информацию, когда они вылезают вверх и вниз или прячутся, как коготки котенка», — рассказывает София.

Изобретение Софии Петришин (Фото: Радио Свобода)

Школьница успела побывать на конференциях и конкурсах ICYS и Intel Techno, олимпиаде в Штатах, выиграть второе место на защите проектов от Малой академии наук на всеукраинском уровне и посетить выставки в Польше и Южной Америке и другие.

Как говорит София, сейчас в мире 253 миллионы людей с недостатками зрения, которые требуют комфорта, в частности в передачи информации. Созданный им прибор – доступный и простой, что выгодно отличает его на фоне значительно более дорогих аналогов.

Девушка еще не задумывалась над финансированием своего проекта. Уже с сентября она планирует разрабатывать прототип механизма, который можно будет запустить в продажу.

«Если будет возможность выиграть грант, то буду подавать заявку. Думаю, что смогу его выиграть. Но сейчас не видела возможностей подачи заявки на гранты. Я очень рада, что меня приглашают на международные выставки, ведь там можно найти фирмы, которые могут помочь с финансированием», — рассказывает София.

Несокрушимые дротики

Во львовском физико-механическом институте им. Г. В. Карпенко НАН Украины работает 200 ученых, среди них – 30 молодых ученых. Один из них – Ярослав Хабурський, который работает в институте семь лет. Два месяца назад он получил должность научного сотрудника, защитив кандидатскую работу.

Ярослав Хабурський

Ему удалось найти экологически безопасный ингибитор (ред. – замедлитель), который останавливает коррозию углеродистых сталей. Что это означает? Энергетическое оборудование работает в водооборотных циклах, когда вода постоянно циркулирует в трубах. Через это они ржавіть изнутри и покрываются накипью. Наиболее эффективно с этим бороться – использовать замедлитель. Ярослав говорит, что обычно используют такие замедлители, которые отравляют почву, воду и являются токсичными для людей.

«С такой проблемой в Украине мало работали. Для меня было важно найти ингибитор, который будет безвреден и одновременно будет иметь такие же функции: снять накипь, защитить от коррозии. А также чтобы его можно было легко утилизировать или переработать», – рассказывает Ярослав.

Над разработкой ученый работал пять лет. В результате оказалось, что его ингибитор также тормозит появление трещин в объектах, которые работают в режиме загрузки-разгрузки. Сейчас Ярослав исследует на каких металлах его можно применять.

«В любых материалах, которые загружаются и разгружаются рано или поздно появляются трещины. Например в мостах или кранах, когда они поднимают груз. Так же как мы расшатываем проволочку, то со временем в нем появляется трещина и он трескается. Сейчас мы оформляем патент на это исследование, пытаемся внедрить на Николаевском цементном заводе», – добавляет Ярослав.

В основном физико-математический институт, где работает молодой изобретатель, финансирует государство – это составляет почти 60% их бюджета. Научная сотрудница Людмила Франкевич утверждает, что если бы государство полностью обеспечивало хотя бы заработную плату молодым ученым, то они получали бы 7000 гривен. И поскольку этого не происходит, то в институте ищут дополнительное финансирование, например, украинские или иностранные гранты. Если наука не фундаментальная, а прикладная, тогда можно найти заказчика по договору. А размер дополнительной части финансирования зависит от самих ученых. В этом году институт ожидает 7 млн гривен на обновление оборудования.

«Наши молодые ученые не могут получить гранты от Национального фонда. Ученый, который может получить грант, должен быть в возрасте до 35 лет и иметь степень кандидата наук и пройти два года стажировки за рубежом. В нашем институте такие есть, но уже не в возрасте 35 лет», – рассказывает научный сотрудник Людмила Франкевич.

Какие бывают государственные гранты для украинских ученых

Национальный фонд исследований, о котором идет речь, украинское правительство создало этого года. Как отмечает министр МОН Лидия Гриневич, основной его задачей станет грантовая поддержка фундаментальных научных исследований, прикладных научных исследований и научно-технических экспериментальных разработок.

Фонд планирует оказывать грантовую поддержку для украинских ученых на условиях открытых конкурсов. Средства Фонда будут формироваться за счет государственного бюджета, добровольных взносов, в частности, и иностранных доноров, а также других, не запрещенных законодательством, источников. Фонд будет предоставлять гранты для научных институтов, научных коллективов или групп, а также индивидуальные.

Деньги из этого фонда могут пойти на научные исследования и разработок, а также для научных сотрудничества и мобильности, стажировки ученых за рубежом, для развития материально-технической базы, для развития исследовательской инфраструктуры, для поддержки молодых ученых, популяризации науки.

Кроме этого для молодых ученых, в Украине существует Государственный фонд фундаментальных исследований (ред. — фундаментальные исследования — это теоретические или экспериментальные открытия в науке), который имеет разнообразные гранты. Например, аспирант 3-го года обучения отдела оптико-цифровых систем диагностики Игорь Стасишин получил премию этого фонда в размере 200 тысяч гривен. В этом же институте две группы ученых выиграли гранты для своих разработок.

Также еще можно получить от стипендии НАН Украины, стипендию Президента, Кабинета Министров, Верховной Рады, премия Львовской областной государственной администрации.

Одну из таких стипендий получил Виктор Лисечко, который работает в одном институте с Ярославом Хабурським и Людмилой Франкевич. Младший научный сотрудник отдела физических основ диагностики материалов, Виктор занимается теоретическими исследованиями. Чтобы защитить диссертацию, ему пришлось ехать в Киев и Харьков – его тему дифракции акустических волн на конических поверхностях исследуют лишь частично в «Львовской политехнике», а преимущественно в Киеве, в Институте гидромеханики НАН Украины.

Ярослав Хабурський и Виктор Лисечко

Виктор Лисечко работает над математическими решениями задач, которые используют для диагностики повреждений поверхности. Математические решения позволяют также проверять и сравнивать другие данные.

«Моя тема диссертации не была исследована в Украине вообще. Не было данных и я начал заполнять нишу», — рассказывает Виктор.

Сейчас он будет исследовать резонаторы частот. Такое научное открытие позволит находить подводные объекты.

В этом году Виктор вместе со своей группой стал лауреатом малой государственной премии Президента – за результаты исследований.

«Чтобы выиграть нужно было пройти два этапа. О своей победе узнали только через год. Нужно было собрать много документов, рецензий, получить поддержку из разных учреждений. А со времени основания премии ее не индексировали – это 40 тысяч гривен на трех человек. Этапы очень длинные и надо приложить много усилий, чтобы ее получить», – рассказывает Виктор.

Что делает Львов для своих ученых

С 2016 года во Львове действует собственная программа поддержки ученых – «Львов научный». В этом году стартует третий этап программы. Сама программа предусматривает два мероприятия: конкурс дофинансирования 10 научных конференций по 25 тыс. гривен каждая и премия Львовского горсовета талантливым ученым. Премию могут получить до 10 активных львовских ученых – до 25 тыс. гривен каждый.

Программа стартует в сентябре. До октября будут проводить отбор финалистов и уже в ноябре в городе выберут победителей.

Кто победит, решает специальная комиссия, в которую входят ученые из разных учебных заведений и научных институтов.

«В этом году внесут небольшие изменения в уточнение критериев оценки из двух конкурсов. Изменения могут ввести как и к комиссии, так и к участникам. Например учитывать количество цитирований, индекс Хуже и тому подобное. Единственное требование – ученые должны работать во Львове и на благо науки в городе», — объясняет координатор программы «Львов Научный» Андрей Павлов.

Основными критериями оценки участников конкурса были: уровень наукометрических показателей, количество опубликованных научных статей и возраст кандидата. Новинкой конкурса стало присуждение пяти премий молодым ученым (в возрасте до 40 лет).

Одним из лауреатов премии «Львов научный» стал Ярослав Ильницкий. Он работает в институте физики конденсированных систем НАН Украины во Львове. Этот институт активно работает с иностранными коллегами: во Львов приезжают ученые из-за рубежа, а работники львовского института ездят к ним на стажировку. Например, Ярослав стажировался в Великобритании, в Германии, в Польше, в Мексике и в других странах.

Ярослав Ильницкий

Ярослав Ильницкий работает в сфере компьютерного моделирования различных материалов: наноматериалов, жидкокристаллических материалов, полимеров. Его работу применяют в мобильных телефонах, которые имеют жидкие кристаллы, разных дисплеях, телевизорах. Также такие исследования используют в медицине для адресной доставки лекарств (то есть, когда лекарства должны поразить только больные клетки).

«Мы не так близко к технологиям, чтобы уже завтра можно было их использовать. Мы работаем на грани фундаментальной науки и технологии: разрабатываем более фундаментальные аспекты, а уже успешные разработки показывают экспериментаторы. Компьютерное моделирование означает, что мы имеем модель материала и долгое время на компьютере эта модель уравновешивается и мы видим ее поведение в зависимости от различных примесей. Это процесс является частично теоретическим и частично компьютерным», — рассказывает Ярослав.

Для исследователя программа поддержки науки в городе является ценной тем, что о ученых стали больше знать, а их деятельность больше освещают. Муж говорит, что это важно – чувствовать, что ты делаешь что-то полезное и ценное для города. «Сама премия – это бонус, сумма не так важна», — говорит он. За эти деньги Ярослав Ильницкий может докупить разве несколько компьютерных запчастей. Потому что если говорить о полноценном оборудования – то это уже совсем другие деньги.

Недофінансованість украинской науки – не секрет. В Институте физики конденсированных систем тоже неоднократно поднимали этот вопрос. Ярослав утверждает, что в рамках того бюджета, который выделяет государство, не хватает средств на такие вещи, как, например, оплата за научный стаж. Ученым приходится самостоятельно искать международные гранты или привлекать другое финансирование.

«Мы еще немного в лучшей ситуации, потому что мы – теоретики, нам нужно меньше денег. Проблема возникает для тех, кто нуждается реактивов или современного оборудования. Много экспериментальных установок, которые есть во Львове есть изношенные или устаревшие», – делится Ярослав.

Относительно национального фонда – Ярослав со своими коллегами считают, что хорошо, что такой фонд создали. Мол, во всем мире такая практика есть, и наконец она дошла до Украины. Но есть несколько моментов, которых ученые опасаются.

Во-первых, принципы, на которых фонд будет финансировать ученых. Если это будет действительно независимое квалифицированное экспертное бюро, то в таком случае все хорошо, считает Ярослав Ильницкий. Во-вторых, в среде института есть определенный страх, что с тем государственное финансирование может сократиться до минимума, а большинство исследований будут зависеть только от грантов.

«Такой путь показал себя неконструктивно во многих странах, в частности в Америке. Это имело плохое влияние на науку – базовое финансирование существенно уменьшили, а оставили в основном грантовое. А обычно получить грант –наполовину лотерея. Многое зависит от рецензентов и их привлечения в такие сами программы, являются ли они вашими конкурентами, или нет. В Дрездене я сотрудничаю со многими учеными и опыт показывает, что хорошие ученые, которые не получили поддержку, вынуждены уходить из науки и делать что-то другое. Такая опасность может быть и в нас, но все зависит насколько люди в фонде будут объективно оценивать ученых и принимать решения», – объясняет Ярослав Ильницкий.

Хочешь мастерскую – имеешь мастерскую

Василий Рыбак всегда хотел иметь собственную мастерскую. Ради мастерской два с половиной года назад он с несколькими коллегами пришел на завод РЕМА и привел в порядок заброшенные помещения.

Ранее Василий работал на многих работах, даже ставил окна и менял проводку в квартирах. Когда муж защитил кандидатскую работу в Украинской академии книгопечатания и решил больше не иметь дел с наукой. Василий Рыбак работал над разработкой красочных аппаратов печатных машин – хотел повысить их качество за счет дополнительного валика, который бы регулировал качество печати в двух измерениях.

За эту инновацию Василия даже планировали исключить из академии, несмотря на то, что он имел публикации и научные статьи.

«Для меня наука – это больная тема. У нас тогда были единицы преподавателей, которые действительно чему-то учили, остальные – только шурша бумагами. На втором курсе аспирантуры на заседании кафедры мне сказали, что исключают из обучения, потому что я ничего не делаю. Хотя тогда про патент там тогда никто практически не знал», — рассказывает Василий.

Мужчина все-таки защитился. Но из науки ушел.

Однажды Василий Рыбак работал в одном подвале под типографией с одним мастером, который «на колени» придумал энергосберегающие мельницы.

«Так мы крутили гайки с Петровичем. Он меня много научил, хотя сам много пил. Мы с ним расстались, но с того времени я начал думать о свою мастерскую», – добавляет изобретатель.

Мечта о мастерской воплотилась в BETALAB, что открылась на улице Заводской, 31. Василий со своими коллегами по цеху и дизайн-студией Hochu Rayu разрабатывают различные проекты – от електрокартів к качели-электрогенератора, от экстравагантных люстр до велосипедных запчастей.

Уже три месяца команда работает над проектом Helmphone, который помогает изолироваться от шума, когда ты его надеваешь на голову. Уже даже сделали первый прототип. Единственное, говорит Василий, там может не хватить воздуха, поэтому долго в нем не посидишь.

«Я всегда удивляюсь, почему все деньги ищут. Я хотел мастерскую – я ее имею. Мне не надо было денег. Ну получишь ты деньги – и что дальше? Это не должно быть целью, цель должна быть какая-то другая. А деньги должны быть только средством», — добавляет Василий.

Поработать в их лаборатории приходят студенты «Львовской политехники» и Украинского католического университета. Будущие изобретатели учатся здесь на практике создавать разработки для изобретений. Вскоре должна завершиться работа над 3D-принтерами с высоким разрешением, которых еще нет на рынке.

А когда разработка закончится и сам принтер соберут, команда Василия передаст его со своей «заводской» мастерские – в университетской лаборатории «Львовской политехники».

Полная или частичная републикация текста без согласия редакции запрещена и будет считаться нарушением авторских прав.

Запис було зроблено в рубриці Блог - - .