Метафизика футбола

Футбол, как и практически любой другой вид спорта, это, кроме, тренировки мышц и испытание эмоций – субститут (заменитель) войны. А чемпионат мира по футболу – мировой войны.

Политической, этической и, если хотите, сознательно беря это слово в кавычки, «духовной» ошибкой западной элиты было предоставить России право на проведение чемпионата мира. И после военной аннексии не забрать это право у нее как агрессора.

А город Грозный, как один из городов, в которых будут проходить матчи такого уровня, есть просто цивилизационным пощечиной и ляпсусом.

И цивилизация (за Хантингтоном «православная» — и только за Х.), что возникла на болоте и за несколько сотен лет, несмотря на сякую-такую оболочку антично-христианской культуры, не осушила болото внутри себя и не сожгла главных истуканов дикарства, банальной «воле к власти ради свободы и власти», звучно объявила войну вестернизации, а получила за это – не войну со стороны вестернізаторів, более сильной цивилизации, цивилизаций, а субститут войны, «заміняйлівку» в роли ЧМ. Да еще и с таким пафосом ! Хорошо, хоть не зимние олимпийские игры вопреки всем правилам каждый год.

Пока что символические значения войны России с Западом, что все меньше является однополярным на базе прочных партнерских традиционных со времен холодной войны отношения с США, — в фрейме, так сказать, не в голой сингулярности, то есть не на полях жизни/смерти, как у нас на востоке, а на полях поздравительной победы/поражения. Символических, условных существований и исчезновений.

Россия любит и умеет пренебрегать фреймами, договоренностями, традициями, которые она глубинно не признала исторически справедливыми и непосредственно связаны с ее ролью и местом в истории. Как например, десять лет назад, когда в первый день Олимпиады в Пекине Москва атаковала Грузию, в дни, согласно регламенту которых, должна умолкать всякое оружие, чтобы война вышла из системы «кровопролития» и перешла в систему «соревнования». «Потопролиття».

Античные греки, живя в своих демократических полисах, на определенном этапе поняли, что воевать всю жизнь – это дело весьма варварская. Жизнь это не только страдание, жизнь это еще и «меньше страдания» и «меньший триумф» — победить на кулаках или в метании копья конкурента из Сиракуз, Спарты или Афин, зато получить на двух, трех, десятерых «большую радость» — продолжить существовать. Ну и, конечно, почести живых получить от живых. Вот это подобает греку, человеку, что не знала еще монотеистического иудео-христианского мировосприятия с его широким пониманием судьбы, миссии человека, что впрочем не предусматривали отказов от радостей земных в рамках Закона и Благовестия.

Это «света», светская так сказать сторона субститута войны, спортивных игр и других соревнований.

«Темная» и архаичная признает за этими соревнованиями в первую очередь поклонение богам, подражания богов (они там на Олимпе постоянно между собой занимались махією, были в активной конфликтной фазе за власть и доступ к наслаждениям ), а впоследствии с этих соревнований вырос и культ предков и культ героев, полубогов — как следствие: чествование и выпрашивание у них побед, даря как бы своими победами здесь и им там, какие-то.

Где-то тогда и где-то так и возник футбол. Тогда он еще мало чем напоминал сегодняшнюю игру миллионов. Правда, не факт, что возник он там – в Древней Греции, колыбели западной цивилизации.

И в Мексике, и на территориях, где жили кельты, и даже в Египте, Китае ученые находят то мячи в гробницах для царских особ, то эпосы, в которых две команды борются между собой, пиная мяч, и та, которая проиграет, приносится в жертву…

Уже в постпоганську сутки, английские пираты часто имели обыкновение играть в копанку на палубе корабля отрезанной человеческой головой, чаще всего впійманою капитана судна, вражеского или узко их морским интересам, или ее/его Величества, как например в банде Френсиса Дрейка, известного покорителя географических параллелей и пирата в одном лице.

Собственно мяч, как и голова, чаще всего символизировали Землю. Нередко Солнце и Луна. Знали и про другие звезды, планеты. Исследователи не пришли к согласию, почему прафутбол поставь с копания ногами, а не бросание руками, как баскетбол, например, явление, что встал уже в индустриальную эпоху в Северной Америке. Ведь руками играть легче и логичнее, казалось бы.

Кто-то склонен гіпотезувати, что демиург футболу намеренно выдумали более сложную манеру игры ногами, чем руками, что должно указывать на строго регламентированное , дисциплинированное жизни, ритуалізоване определенными неудобствами, в котором запрещено делать то, что является самым легким, ходить широкими дорогами, которые ведут к деликтов, нарушений, злоупотреблений, а следовательно и хаоса, энтропии общества. В этой версии что-то существенно веет от конфуцианства.

Кто-то предполагает, что игра руками – это, мол, дело сплошь низших слой, что в подтексте говорит о работе руками, а ноги и голова как бы для воинов – марш – и для управления на высоких должностях.

Психоаналитическая школа видит в этом всем под привычным ракурсом сексуальной сублимации – ноги как фаллические продукты, игровую сферу как сперматозоид, а сам гол как сексуальный акт. И это на их совести.

Достоверная правда заключается в том, что современный футбол вырос из правил, которые придумали англичане в позапрошлом веке, когда в Викторианскую эпоху Великобритания достигла апогея имперского величия, превращаясь постепенно из геополитического субъекта, воюет, на геополитического субъекта, покупает, продает.

Сытое, буржуазное жизнь уже требовала утвердительного жизненности и бегства от физической смерти в игру, развлечение, другой вид эмоций, чем аристократические рыцарские ристалища.

Автор интересной книги «Homo Ludens» Гейзінґа называет англичан родоначальниками современных форм всех спортивных игр, прежде всего, коллективных, объясняя феномен британской культуры ландшафтом, климатом и финансово-экономическим обеспечением.

Англичане действительно славились и славят страстью к правилам, почти, как немцы, только изысканнее и интереснее. «Странность» и неудобство футбольных правил, как играть ногами, не руками, и не копать соперника по ногам, как было заведено у нецивилизованных народов, архаических, очень быстро нашла подражания у других народов.

Среди тех, кто крепко полюбил эту игру, с ее принципами, стали страны западной Европы и Латинской Америки. Страны, тогда их пронизывали противоречия и конфликты, на подсознательной уровне уже тогда стремились субстиювати (заменить) самый архаичный и самый худший способ внутрівидової борьбы (война) на новітнішу, более привлекательную, которая называется игра.

И у них это получилось, правда, не сразу удалось избежать кровопролитных поборень, и со временем, на какое-то время, удалось пацифікуватися, по крайней мере по себе найподібнішими.

Воцарились не просто игры, а целая культура інтертейменту и плутократичного лоск а-ля Абрамович владелец «Челси», арабский шейх «ПСЖ»; китайские неокапіталісти скупают итальянские клубы и готовы тратить десятки и сотни миллионов на приобретение престарелых асов Еврофутбола. Даже Индия бредит футболом настолько, что в свое время готова была транслировать не только топ-чемпионаты Европы, а и украинский, платя немалые деньги. И в наших топ-менеджеров от футбола то ли мозгов мало, то бабок много, дырка от бублика с того вышла и без бублика. А бедные индусы кармически так и не стали телезрителями феерий от Волыни и Мариуполя.

Всем давно известно, что «Шахтер» для Ахметова это не просто игрушка или олигархический понт, как для Коломойского и Ярославского, а талисман на всю жизнь, поистине авторелігія. Говорят, он даже поклялся не ходить ни на один стадион не столько из-за возможной угрозы жизни вроде случая с давнишним партнером Аликом Греком, подорванным на стадионе в Донецке в 90-х, а за то, что его стадион сейчас не его в Донецке. Все мы знаем – что не совсем его.

Не единственная причина, конечно, — преданность футболу, почему Ахметов до сих пор при власти, и так круто себя чувствует после всех катавасій многолетней давности на малой родине, для него большой. Но, там, где большие символы, выраженные не только в добавленную стоимость, в жизни человека играют, там и большие свершения происходят.

Айда бы коломойским, ярославским за футбол снова. И все равно ни их, ни даже Ахметова никакие игры с мячом, с шайбой или с винтовкой, более не уберегут в будущем.

В контексте более широкого неосовка, чем ахметовщина, у меня возникает казалось бы закономерный вопрос, почему Россия в любой своей модели, СССР, нынешняя – не просто ни разу не победила на чемпионате мира по футболу, никакому, никогда, и даже не сформировала просто сильного футбола в себя. Почему у нас этого нет – ответ печальна и понятна с обеих сторон: ибо не была в России…

Россияне исторически, психологически склонны пренебрегать четкими правилами, законом, в них должен играть на поле царь, его свита против вражескіх трусОв, вне правил, с жертвами кровавых підносінь тех, кто проиграл, тем, кто выиграл.

Там у них есть хоккей, где правила жестче, чем в футболе, да и вообще его можно заменить на бокс на некоторое время, регби, фактически. А еще пріславутая русская зима.

Загадкой остается, почему США плохо все еще играет в футбол. В свой, еще жестче, без-более правильный и на контакт пошел, чем хоккей, футбол – они и только они – играют прекрасно. Хоккей тоже. В баскетболе – найдисциплінарнішому виде спорта, наиболее, пожалуй, более утонченном из коллективных, следовательно наиболее цивилизованном – тоже нет равных. А вот с соккером, как они его почти ругательно для нашего євроконтинентального уши именуют, не завелось почему-то.

Возможно, потому, что они – как современная нация – не унаследовали того набора из архаики и не разработали новизны сложных правил, как англичане, будучи простым народом, по сути, народом рук, народом ремесленников, без своей в классическом понимании аристократии, классовости сознания. А там, где не возникла традиция вовремя, с возникновением успехи пожинаются последними, если вообще пожинаются. Хоть и бывают исключения.

Вот и ответ еще один на наше: почему мы играем только немножко лучше русских – не возникла традиция вовремя, а главное не успела развиться. По крайней мере в очных противостояниях на клубном и национальном уровнях украинцы чаще переигрывали россиян. Даже советское киевское «Динамо» одержало больше чемпионских титулов, чем московский «Спартак», что глубоко символично и обнадеживающе звучит даже сейчас, после стольких лет. Какую-то борьбу с заклятым соперником мы точно выиграли. Значит, традиция положена, она продолжена в будущее через субституты к оригіналій.

Символы продолжают существовать и влиять. Футбол это не простой компромисс – не симбиоз и не синкретизм – между языческими координатами, с его амортизаторами и каналізаторами войны, субститутами, модусами конфликтного существования, эгоизма, межплеменными отношениями и христианскими – универсальными. Ведь спорт предполагает уважение к сопернику, то есть здесь действует уже субститут, модус человеческой любви. Поэтому избитая фраза «футбол – это жизнь» является очень метким самом деле фразой.

Где больше уважения, там не обязательно больше или меньше любви, зато больше правил равных для всех. Как они нам всем нужны сейчас.

Кладу один свой из трех біткоїнів, что этот ЧМ выиграет (если не Бразилия, Испания, Португалия, основываясь чисто на своих симпатиях, потенциале команд и букмекерских ставках ), то сборная Англии. И три из трех, что не Россия…

Зато выиграет русский народ, то точно…

А вот как дальше будет с институтом субвійни, не перерастет в официальный институт войны, саму войну за символы ? Покажет время и несимволічна легкость бытия, перефразируя одного чешско-французского литературного классика .

P. S. по крайней Мере корректно в отношении Европы. Там, где футбол на высоте, по крайней мере социально-экономический уровень тоже не ползает на уровне плинтуса. Только если мы не пойдем по пути стран Латинской Америки. Не хотелось бы, при всем уважении.

Подписывайтесь на канал Калитки в

Telegram
,
читайте нас в

Facebook

и

Twitter
,
чтобы первыми узнавать о ключевых событиях дня