«Меньше университетов». Самое важное о реформе высшего образования

Чего не хватает выпускникам университетов, зачем нужны рейтинги вузов и для каких специальностей, кроме медицинских, стоит ввести Единый государственный квалификационный экзамен.

Почему ухудшилось качество высшего образования в Украине, сколько выпускников ИТ-специальности готовы сразу работать в отрасли, что даст статистика трудоустройства и как улучшить уровень знания английского языка, «Твоему городу» во время эфира в рамках проекта «Наши реформы» рассказали председатель совета директоров компании SoftServe Ярослав Любінець и ексзаступник министра образования, советник министра образования Юрий Рашкевич.

Что основное должно измениться в высшем образовании за проектами, с которыми сейчас работает министерство?

Юрий Рашкевич: Когда мы делали переходную книгу для наших преемников, которые с нами согласны, то видели в высшем образовании две основные задачи: повышение качества высшего образования, которая у нас с 1991 года практически не улучшается, и оптимизация структуры учреждений высшего образования. В 1991 году, когда Украина получила независимость, мы имели 140 заведений высшего образования III-IV уровней аккредитации включительно со специализированными. Население Украины было 52 млн человек, то есть количество студентов было в два раза больше, чем сейчас. На сегодня мы имеем более 220, а с частными — более 300 учреждений высшего образования. Деньги, которые госбюджет может выделить на высшее образование, сейчас размазываются по всех двух сотнях университетов. Поэтому нужна оптимизация — сокращение количества и укрупнение университетов, что и собирается сделать новое министерство.

Юрий Рашкевич

Чего не хватает выпускникам, которые приходят работать в компанию S?

Ярослав Любінець: Меньше половины выпускников компьютерных, математических специальностей готовы работать в таких компаниях, как наша. Поэтому более 10 лет назад мы создали свой корпоративный университет, где мы допідготовлюємо студентов и других специалистов, которые имеют техническое образование, но сейчас работают в других индустриях. Примерно 30% выпускников технических специальностей готовы работать и подвергаются переподготовке, и им не хватает двух вещей. Первое — знание промышленной разработки программного обеспечения, поскольку в вузах дают теоретическую базу для навыков программирования, зато знания работы в команде и современных индустриальных подходов к разработке программного обеспечения нет. Второе: так называемые «мягкие» навыки — коммуникации, презентации, проактивності — отсутствуют или слабо готовятся не только в высшей школе, но и в начальной. На этом мы и делаем акцент. Также важным является знание иностранных языков, особенно английского, поскольку вся ИТ-индустрия в Украине сейчас ориентирована на работу за рубежом. Здесь ситуация улучшается: если раньше мы принимали в академии студентов с начальным уровнем английского и довчали, то сейчас все те, кого мы берем, имеющих средний уровень, как минимум.

То есть студентам, которые к вам приходят, больше всего не хватает практики?

Ярослав Любінець: не Хватает навыков работы с разработки программного обеспечения для промышленности. Студенты изучили теорию, сделали индивидуальные лабораторные работы, но в команде они не работали, не понимают, что означает цикл разработки программного обеспечения, которые підспеціальності нужны в команде, что означает сделать свою часть работы и отдать в коллектив. Понятно, что в университетах это трудно сделать, но есть определенные сдвиги. Есть новые программы, созданные совместно с Львовским ИТ Кластером, нашей компанией, которые могут ответить на наши потребности. Студенты университета Франко, Львовской политехники, УКУ часто у нас бывают, встречаются со специалистами, а мы помогаем с созданием лабораторных заданий, делимся наработками нашего корпоративного университета.

Ярослав Любінець

В Украине планируют ввести рейтингование университетов. Что это даст родителям и будущим студентам?

Юрий Рашкевич: Есть много мировых рейтингов, за которыми все следят, а также профильные рейтинги, и критерии их формирования разные. Однако существуют так называемые берлинские принципы составления рейтингов, и основной из них — государство, то есть профильное министерство не должно в него вмешиваться. То есть вопросом рейтингов украинских университетов минобразования заниматься не будет, но оно заинтересовано в том, чтобы такие рейтинги существовали. В Украине сейчас есть один рейтинг — топ-200, который в свое время разработала кафедра ЮНЕСКО Киевской политехники, а теперь формирует независимое агентство. Он более-менее объективно отражает состояние университетов в целом. В других странах такие рейтинги часто является при медиаресурсам. Например, когда в Канаде выходит специализированный выпуск журнала maclean’s с рейтингом университетов, его тираж растет раз в 10, его невозможно достать, потому что это колоссальная информация, которая используется всеми стейкхолдерами. В Польше есть журнал «Перспективы», который раз в год печатает рейтинг вузов. Поэтому мы ожидаем, что кто-то из мощных медиа в Украине тоже этим займется.

Также планируют ввести мониторинг карьеры выпускников. Зачем это нужно?

Так сложилось, что начиная примерно с 80-х годов университеты начали дистанцироваться: «Наше дело — научить, мы не занимаемся трудоустройством». Если министерство и требовало предоставлять какие-то показатели по трудоустройству, то это сводилось к профанации. Студенты третьих курсов заключали соглашения, которые никого ни к чему не обязывали, но их наличие свидетельствовало о трудоустройстве. Поэтому де-юре трудоустройство было 90-95%, а как было де-факто — никто не знает. В прошлом году на очередной конференции министров стран Болонского процесса впервые на уровне европейского пространства высшего образования четко сформулировали, что университеты должны следить за трудоустройством и это одна из сфер их ответственности. И если сейчас министерство будет давить на университеты, а они будут отбиваться, потому что это «совок», скажу — нет, это не «совок», это европейский тренд.

Новая команда министерства планирует ввести новую модель финансирования вузов, о которой говорят уже последние несколько лет. Модель должна работать на основе формулы, которую минобразования должно разработать еще в 2017 году, и среди показателей, которые будут учитываться в ней, должны быть обязательно позиция университета в рейтинге и уровень трудоустройства после его окончания.

Добавлю, что работа по специальности — это немного «совковое» понятие. Нельзя привязывать трудоустройство чисто к профессии — надо привязывать его к полученного образования. Если человек получил образование инженера, а потом открыла бизнес в сфере продажи, то это тоже заслуга ее образования. И для того, чтобы отследить уровень трудоустройства, нужно синхронизировать две государственные базы ЕДЕБО (Единая государственная электронная база по вопросам образования), в которой есть информация о всех студентов, программы, преподавателей, и базу налоговиков, в которой есть информация обо всех, кто платит налоги. Если человек окончил университет и платит налоги — значит, она уже получила какую-то работу. В перспективе через синхронизацию с другими базами можно будет эту информацию детализировать — например, человек работает в той области, где училась, также есть еще вопросы по Фопов и тех, кто выезжает работать за границу. Но надо хоть с чего-то начать, потому что пока об этом только говорят.

Вы в SoftServe вы начинаете сотрудничать со студентами, чтобы потом их устроить у себя на работу. Как это происходит?

Ярослав Любінець: Мы имеем свой корпоративный университет, где можно учиться бесплатно. Ежегодно через ИТ-академию проходит примерно тысяча студентов, из которых мы берем на работу примерно 70% лучших, остальные охотно принимают в другие компании. Но нашей переподготовки не достаточно — и мы работаем с университетами на разных уровнях. Мы делаем 15 новых учебных программ под эгидой Львовского ИТ Кластера, которые являются самыми популярными среди абитуриентов во Львове, — бизнес-анализ, искусственный интеллект, Data Science, интернет вещей, кибербезопасность и тому подобное. Также есть программа ИТ-эксперт, где эксперты нашей и других ИТ-компаний работают совместно с преподавателями, чтобы усовершенствовать программу, и проводят мастер-классы. Кроме того, мы помогаем обустраивать лаборатории и компьютерные классы.

В прошлом году мы начали RnD-практику, на которую брали только лучших студентов. Они приходили в наш RnD-отдел, который занимается теми проектами, которые мы сейчас еще не продаем, но надеемся, что будут актуальны через год-два. В этом году мы начали программу стратегического сотрудничества, в частности, с Украинским католическим университетом, в рамках которой будем предоставлять гранты лучшим студентам на исследования, будут и дипломными работами, и реальными темами, которые мы надеемся в дальнейшем использовать в работе с клиентами. Уже есть несколько научных статей, опубликованных в зарубежных профильных изданиях. Кроме того, мы помогаем обустроить лабораторию по Data Science, а наш RnD-отдел готовит новый курс по машинному обучению, который будет уникальным для Украины.

Во времена расцвета Советского Союза был большой запрос на образование и науку в отраслях промышленности, исследования космоса, военного дела. И профессора, которые учили студентов, одновременно занимались наукой, делали то, что было новым не только для Союза, а для всего мира. Сейчас это потеряно, и с этим я связываю ухудшение в нашем образовании. И цель нашего стратегического сотрудничества с университетами изменить эту ситуацию.

Что делает министерство, чтобы студенты гуманитарных специальностей хорошо знали английский язык?

Юрий Рашкевич: года два-три назад для нескольких специальностей ввели Единый вступительный экзамен (ЕВИ) — обязательный экзамен по английскому языку в формате ВНО для поступления на магистратуру. В этом году есть уже более 20 специальностей, где он работает. Планируется, что в следующем году их будет уже 80. Кроме того, после сотрудничества с British Council министерство в этом году согласовало стратегию повышения уровня знания английского языка, по которой на выходе из школы должен быть обеспечен уровень В1, а на выходе из бакалавриата — В2. Такие индикаторы являются типовыми для европейских стран. Очевидно, что ничего не получится, если не отреагируют соответственно университеты, не выделят достаточное количество кредитов для изучения иностранного, и не только на первом курсе.

Не стоит ли пересмотреть перечень специальностей в университетах? Возможно, часть из них уже устарели?

Юрий Рашкевич: Студенты не всегда различают название специальности и название образовательной программы. Названия специальностей у нас близки к международной классификации. Если студенты говорят, что их не удовлетворяет содержание образования, то их на самом деле не устраивает профилизация и содержание конкретной образовательной программы, в пределах определенной специальности. Поэтому надо обратиться к университетов, выпускников, профессиональных ассоциаций, работодателей с тем, чтобы они совместно пытались разрабатывать содержание образовательных программ с четкой профилизации, хорошей фундаментальной подготовкой, в частности обучением «мягким» навыкам, критическому мышлению, работе в группах, иностранным языкам и тому подобное. Университетам нужно понять, что названия специальностей являются достаточно общими, и от изменения их названия не изменится ничего — важным является содержание определенной образовательной программы.

Какие трудности возникают в сотрудничестве с университетами? Какое будущее сотрудничества компаний с гуманитарными науками?

Ярослав Любінець: в Последнее время в ИТ есть тренд: на работу в ИТ-компании все чаще берут выпускников гуманитарных специальностей. ИТ развивается в сторону креативности, поэтому дизайн-специальности стали очень популярными, и на них часто идут те, кто имеет гуманитарное образование. Сейчас мы работаем с техническими специальностями в университетах, потому что наша компания работает в этой сфере. Гуманитарные науки — это следующий шаг. С развитием роботизации гуманитарная составляющая будет играть большую роль, потому что это то, что трудно запрограммировать.

Нужно внедрять Единый квалификационный экзамен? В чем его суть? Был случай со студентами-медиками, которые составили такой экзамен нехорошо, но говорили, что их не учили тому, что было в вопросах.

Юрий Рашкевич: Единый государственный квалификационный экзамен (ЄДКІ) возможен только на магистерском уровне. Есть смысл его вводить для сквозных магистерских программ — тех, где ты вступаешь на полную магистерскую программу, без бакалаврата. Сейчас мы имеем только в медицине, стоматологии и фармацевтике. ЄДКІ можно и целесообразно вводить для медицины, права, образования — тех специальностей, которые во всем мире относятся к так называемых регулируемых профессий. Там образовательная программа является достаточно жесткой, нет академической автономии, а названия и содержание предметов достаточно четко определяется государством. Для других специальностей, возможно, можно ввести ЄДКІ после окончания бакалавриата.

В этом году Кабмин принял постановление, которое урегулировало экзамены для медиков ШАГ 1 и ШАГ 2, добавила ИФОМ и экзамен с английского языка, создав единый многоуровневый государственный квалификационный экзамен. В целом студенты составили его нехорошо. МИНЗДРАВ, которому подчиняются медуниверситеты, с Центром тестирования правильно решило выставить порог «сдал/не сдал» на минимальном уровне. И студенты, и преподаватели должны быть психологически готовы к тому, что надо инкорпорировать в свои образовательные программы вещи, признанные на международном уровне. ИФОМ — это не творение Великобритании, Австралии или США. Это международный экзамен, который сдают в десятках стран. Болезни и лекарства являются международными, и не может быть доморощенной так называемой «украинской» медицины. Поэтому наши выпускники, где бы они не хотели работать, — должны иметь то же образование, что и их коллеги за рубежом.

Ярослав Любінець: Для нашей отрасли важно иметь оценку знаний наших работников. В нашей компании есть развитая система управления и развития компетенций, и мы регулярно проводим оценку и квалификацию наших работников. Она состоит из нескольких частей, одна из которых — оценка знаний. Мы хотели разработать такую оценку для начинающих, чтобы знать, кого мы можем взять к себе как junior developer. И в идеале такой экзамен может быть квалификационным экзаменом для выпускника компьютерных наук любого университета, а также быть мерилом для оценки вузов — сколько выпускников успешно сдали его.

Наталья Лазаревич

Главное фото: Unsplash

Этот медиа-продукт создан TvoeMisto.tv при поддержке Агентства США по международному развитию (USAID). Содержание продукта принадлежит исключительно TvoeMisto.tv и не всегда отражает взгляды USAID или Правительства США. Воспроизведение и использование любой части этого продукта в любом формате, в том числе графическом и электронном, копирование или использование в любой другой способ без соответствующей ссылки на оригинальный источник и письменного согласия редакции TvoeMisto.tv запрещено.

This media product was produced by TvoeMisto.tv with the support of the United States Agency for International Development (USAID). The product content is solely TvoeMisto.tv and does not necessarily reflect the views of USAID or the US Government. Reproduction and use of any part of this product in any format, including graphic, electronic, copying or use in any other way without the corresponding reference to the original source and written approval from TvoeMisto.tv, shall be prohibited.

Добавить комментарий