Ходите в музеи – там не страшно. Как музеям стать дружественными к детям

Історикиня искусств Наталья Космолинская и общественный деятель (в прошлом – руководитель управления культуры Львовского городского совета Ирина Магдыш этого года представили книгу о Львовской национальной галереи искусств имени Бориса Возницкого. Их «Игра в музей» рассказывает о картины и скульптуры галереи, причем так, чтобы заинтересовать в первую очередь детей. Tvoemisto.tv поспілкувалось с ее авторами и узнало, почему музеи и посетители нужны друг другу, зачем культуре стратегия и как вообще начать наконец ходить в музеи?

Помните ли вы свое первое знакомство с музеем? Какие воспоминания о музее остались из вашего детства?

Ирина Магдыш: самое яркое воспоминание из детства – карета в Музее этнографии. Мы целое свое детство ходили на нее смотреть. Конечно, вышивки и мотыги тоже были интересными, но карета для детей была чем-то невероятным. Еще одним ярким воспоминанием были огромные рыцарские латы во внешней витрине Исторического музея на площади Рынок. Каждый раз, когда проходила мимо, переполняли невероятные впечатления. Также со школьных лет помню свою первую очередь в музей, тогда привезли выставку Рериха в картинную галерею.

И сама карета (фото: Музеи и храмы Украины)

Наталья Космолинская: Я выросла в городе Хмельницком. Из музеев там на то время был только небольшой краеведческий музейчик в одноэтажном особнячке, который еще в моем детстве закрылся на вечный капитальный ремонт. Поэтому в детстве в музеи я попадала с родителями только во время летних каникул: Киев, Одесса, Крым. Мое первое музейное впечатление во Львове – «Потоп» Мерварта. Он тогда украшал лестничную клетку Львовской галереи искусств – и это была визитка романтического ретро-мира за музейными дверями, который очень выигрышно контрастировал с унылой советской действительностью. Поэтому я не могла не взять «Потоп» в этой книги – это кусочек моего музейного детства.

В начале 1990-х, когда я переехала во Львов, здесь было очень бурная и насыщенная художественная жизнь: исчез контроль со стороны власти, все стало можно, поэтому художники активно экспериментировали, а музеи – вытаскивали из запасников запрещено. С того времени запомнилась длиннющая очередь на два квартала к Национальному музею где-то в 1989 или 1990 году, когда там (на вул. Драгоманова, потому что дом на проспекте Свободы, 20 ему передали позже) впервые с 1930-х годов. выставили искусство Сечевых Стрельцов. Тогда в музее работал эффект «освобождения», львовяне очень активно ходили на выставки диссидентов, сакрального искусства. Но постепенно ажиотаж утих.

К сожалению, сегодня во Львове толпа в музее можно увидеть только на открытии. От начала 2000-х во Львове такую музейную активность я наблюдала только дважды: когда в 2010 году Львовский музей этнографии выставил свою коллекцию плакатов Альфонса Мухи, и когда до Национального музея во Львове 2012 года привезли импрессионистов. В случае с Мухой это получилось довольно курьезно, ведь это была наша, львовская коллекция, но львовяне об этом не знали и бежали увидеть, ведь «скоро заберут». Через нашествие посетителей в Музее этнографии на второй или третий день закончились билеты.

Фото: ZIK

Возможно музеям получить поддержку местной власти, чтобы начать качественно меняться и внедрять новые программы для детей?

Ирина Магдыш: В подчинении местной власти, если говорить о львове, а не про область, есть два музея: Музыкально-мемориальный музей Соломии Крушельницкой и Музей народной архитектуры и быта имени Климентия Шептицкого «Шевченковский гай». Все остальные музеи – исторический, национальный, картинная галерея, природоведческий – подчиняются или областной власти, или Министерству культуры, или Национальной академии наук. Соответственно, принадлежность к определенной структуры диктует условия бюджета и источников финансирования. Самая трагическая ситуация с музеями в системе академии наук, потому что НАН в принципе находится в коллапсе. Это относительно формальной стороны дела.

Неформальная сторона – это конкурсы социально-культурных проектов, которые уже много лет существуют при управлении культуры Львовского городского совета. Они являются шансом для негородских музеев получить реальное дофинансирование на дополнительный конкретный проект. Нужно, чтобы кто-то в музее хотел написать проект, воплотить его в жизнь, взять на себя бюрократическую часть и бюджетирования. Другой путь внедрения изменений – это программы усовершенствования и повышения квалификации музейных работников. Существует масса доступных возможностей и программ по мотивации и осовременивания мышления работников, было бы только желание.

Музейщикам не хватает желания совершенствоваться?

Ирина Магдыш: нельзя сразу сказать, что в музеях ничего не хотят делать. Возможно, работникам не хватает мотивации, но я могу их понять. Заработная плата экскурсовода не зависит от того, проведет ли он одну экскурсию или сорок. Так же, если музей берет на себя миссию и начинает внедрять детские программы, от этого не меняется ни количество ставок, ни размер зарплаты. Услуги детских программ должны быть дополнительно платными. И тут возникает большая проблема устаревшего законодательства, которое не позволяет официально предоставлять музеям подобные услуги. Также музеи не могут продолжать часа работы, даже не смотря на то, что много людей хотели бы прийти в заведение после 18-й. С другой стороны, можно провести акцию «Ночные музеи», этого никто не запрещает. Однако это более сложный путь, и не всегда людям хочется его проходить.

Ежегодно во Львове во время фестиваля Ночь во Львове различные музеи готовят специальные программы для посетителей (Фото: Ночь в Львове)

Когда начинаются дискуссии между культурой и туризмом, культурой и бизнесом, культурой и властью, то одна сторона, то есть бизнес, власть и туризм говорит цифрами. Со стороны культуры цифры не услышишь. Если говорят: у нас люди мало ходят в музеи, тогда мало – это сколько? А сколько хотим чтобы ходило? Что мы для этого можем сделать? Нам нужно вооружиться цифрами, иначе мы выглядим абсолютно безнадежными. Мы будем говорить о духовности, а бизнес будет говорить цифрами. В такой ситуации мы всегда будем проигрывать.

Наталья Космолинская: Одна из причин, почему наши украинские музейщики не соревнуются наперегонки, кто что интереснее придумает – то, что они находятся на полном бюджетном содержании государства, на которое количество или качество посещения не имеет никакого влияния. Зато в мире есть несколько моделей финансирования музеев. В зависимости от статуса и ценности коллекции заведение получает определенную часть финансирования от государства, региона, города, но эта часть никогда не составляет 100%. Разве только для самых выдающихся музеев страны. Остальные, в среднем от 30% до 50%, музей должен профинансировать самостоятельно. Поэтому там существуют целые маркетинговые отделы, направленные на привлечение большего количества посетителей и на разработку интересных мероприятий.

Украинские музеи только последние десять лет начали освобождаться от советского видение музея чисто как казны. Вся наша музейная система требует кардинального обновления, от законодательства – что музей может, а что не может, штатных расписаний, где были бы аниматоры и музейные педагоги. Сейчас у всех наших музеев неподходящие (чтобы не сказать нищенские) бюджеты, маловаты штаты, плохое или очень плохое техническое оснащение фондов и экспозиций. Соответственно, нет кому и когда заниматься воспитанием зрителя, потому что все силы уходят на сохранение коллекций.

Например, наши музеи до сих пор не имеют права предоставлять коммерческие услуги. Сделать листовки со своей коллекцией и продавать их в вестибюле – это уже достаточно большая проблема. А открыть музейное кафе, где бы посетители могли за кофе «переварить» музейные впечатления (как советуют европейские путеводители по музеям) – вообще пока недостижимая мечта. Также уже который год не могут принять закон о меценатстве, который способствовал бы тому, что социально активный бизнес или просто богатые люди, которые хотят поддержать музей, могли бы помочь с финансированием и не переживали, как на это посмотрит налоговая. То есть, это комплекс проблем, которые должны решаться и контролироваться на государственном уровне. На своем уровне некоторые музеи пробуют менять ситуацию, но это – капля в море.

Еще один проблемный вопрос – кадры. Одна из причин, безусловно, маленькие зарплаты. Хотя уже сейчас в музеи стали приходить молодые амбициозные люди, которые готовы работать за малые деньги, потому что хотят что-то изменить, но их мессианства в борьбе с несовершенной системой надолго не хватает. Поэтому в музеях много работников пенсионного возраста. Порой это действительно уникальные специалисты, но много и таких, кто уже не может работать на современном уровне, у них нет стратегического видения, они не владеют языками или компьютером. Но главное: они работают по морально устаревшей музейной схеме, когда основной целью было – сохранить. Современные музеи мира активно развивают коммуникационную и едукаційну функции, но это требует соответственно подготовленных кадров. Благодаря тому, что сейчас, согласно новому закону, руководителей учреждений культуры в Украине наконец выбирают только на конкурсной основе, немало музеев получили новых руководителей. Большинство из них хочет работать по новому, но одного нового руководителя недостаточно, если он получает в комплекте с должностью старых работников, которые ничего не хотят менять.

Каким музеям все-таки удалось пойти современным путем? Какие музеи вы действительно можете посоветовать для посещения с детьми?

Ирина Магдыш: Наиболее правильным, длиннее, но систематическим путем пошел Государственный природоведческий музей. Они начали с разработки стратегии развития учреждения, определили для чего нужен музей, какова его миссия, которой является образ музея за 10 лет. И в этой стратегии прописаны детские, образовательные, лекционные и общественные программы. Такая стратегия является хорошим примером. Или какой-то другой музей имеет стратегию? Если так, то только на бумаге. Стратегия должна быть общедоступной, чтобы те, за чей счет финансируется музей, то есть налогоплательщики, могли с ней ознакомиться.

Государственный природоведческий музеи во Львове (Фото: 032.ua)

Наталья Космолинская: Очень хорошим примером является Национальный художественный музей в Киеве. Последние годы там выставки одна интереснее другой, которые сопровождаются интересной лекционной программой, встречами, беседами, мастер-классами. В этом году они совместно с издательством «Основы» создали рабочую тетрадь для детей «Мой Музей. Пиши, рисуй, вырезай». А музей Ханенко, тоже в Киеве, начал в прошлом году музейные занятия для мам «Культурный декрет». Два в одном: и мамы не слышатся оторванными от культурной жизни, и дети буквально с первых месяцев привыкают к музею.

Проект «Культурный декрет» действует и в других музеях Киева, например, в Национальном музее Тараса Шевченко (фото организаторов)

У нас с детьми активно работает Национальный музей во Львове: там и детские экскурсии, и тематические мастер-классы. Оживила свою работу с посетителями Галерея искусств, каждые выходные Facebook приглашает к галерее на какие-то акции, например, встреча с одной картиной.

Книга «Игра в музей» рассказывает о картины и скульптуры, представлены именно во Львовской национальной галерее искусств имени Бориса Возницкого. Не смотря на это, книга может служить универсальным руководством по общению с детьми в музеях?

Наталья Космолинская: Уже получили первые замечания от друзей-киевлян, что это очень львовская книга. Мы действительно в первую очередь ориентировались на львовян-взрослых, которые пойдут в музей с детьми. Нам было принципиально, чтобы они не остановились на одном визите, чтобы наша книга стала мостиком между тем, что на картине, и тем, что вокруг. Например, в галерее висит портрет королевы Елизаветы, жены императора Франца Иосифа. Мало кто знает, что костел Эльжбеты на площади Кропивницкого (теперь – Церковь святых Ольги и Елизаветы), построенный в ее честь. Очень важно научиться соединять такую информацию, тогда в других городах человек уже интуитивно будет находить эти исторические мостики, для нее история перестанет быть скучными страницами учебника. Тогда и проблем с сохранением исторического наследия станет меньше.

Вне тем, наш путеводитель является определенной моделью, как можно отбирать, группировать и пересказывать информацию, на чем делать акценты, здесь есть словарик по терминам, которым можно пользоваться и в других музеях. Дополнительную информацию по тому или иному автору можно нагуглить самостоятельно, хотя русскоязычный интернет, к сожалению, очень бедный на подобную информацию.

Вообще в изначальной идее было сделать путеводители по всех ключевых музеях Львова. Но это будет зависеть от заинтересованности издательства, от отзывов. По крайней мере мы готовы работать дальше.

Формат знакомства с музеем вы предлагаете?

Наталья Космолинская: Мы ориентировались на детей младшего возраста. Но читать книжку должны в первую очередь родители перед визитом к Львовской галереи искусств, чтобы сориентироваться, что они там увидят. Из каждого зала мы выбрали по несколько произведений (в основном картины), различных по жанру и сюжету, постарались найти интересные факты об их авторов, времена, когда они были созданы, и предложили свой вариант интерпретации. Для нас было принципиально не употреблять високочолої научной терминологии и «пустых» искусствоведческих штампов. То есть, вопрос «как это сделано?», я в основном оставляла на потом, для старших, а пыталась сначала объяснить «кто/что?» и «почему?».

Дополнительно в книге есть ссылки для родителей «по теме», чтобы им было легче самим ориентироваться в том или ином историческом периоде или биографии изображенного персонажа. К сожалению, даже у львовян, которые живут прямо посреди истории, знания истории очень слабенькие, а по истории искусств они, преимущественно, практически ничего не знают.

Было бы очень хорошо, если бы сотрудники галереи совместно с нами провели по этой книжке экскурсии. Мы бы попробовали поговорить о некоторые картины из книги совместно с родителями и детьми, а потом предложили бы родителям уже самостоятельно на этом примере поговорить о другие картины. И тогда можно было бы выдать этот путеводитель обновленным и дополненным.

Что делать если родителям самим не интересно в музеях, но они идут с ребенком, потому что «так надо»?

Наталья Космолинская: Если родители не понимают, зачем идти в музей, то они, как правило, не идут. Лучше потратят эти 30 гривен на мороженое. Тогда их дети пойдут в музей со школой, и все будет зависеть от учительницы и экскурсовода. У нас, к сожалению, еще не имеет среди родителей и среди львовян понятие престижности пойти в музей. Я лично знаю лиц, которые родились во Львове, но впервые в своей жизни попали в музей уже в старшем или зрелом возрасте, не взирая даже на то, что некоторые из них являются кандидатами наук и преподавателями университетов.

В первую очередь это потому, что у нас огромная образовательная область – история культуры, которая фактически делает человека культурным, практически выпадает из образования. Раньше культура была включена в программу по истории, последним параграфом в разделе, который обычно оставался на самостоятельную проработку. Сегодня по новой программе на «искусство» в школе, в 5-9 классах приходится лишь час в неделю, а в 11-м – один час в две недели. Качество этого преподавания преимущественно очень условная, на уровне «споем песенку, нарисуем цветочек». Причем как у родителей, так и у учителей существует устойчивый стереотип ненужности или же другочерговості этих знаний. На первом месте все еще математика с физикой. Следовательно, если в семье не культивировалась культура и искусство, то дети вырастают, получают дипломы, и при этом вообще не имеют понятия, где во Львове находятся театр и музей.

Это огромная системная проблема и ее надо решать системно, начиная со школы. Вместо этого мы слышим только стенания о том, что духовность деградирует. Если не будет качественного образования в сфере культуры, тогда откуда музеи должны взять зрителя? Например, во Франции музейная педагогика работает по такой логике: сегодня воспитываем детей, которые завтра будут чиновниками и бизнесменами, и именно они будут решать, сколько денег выделить на музей. Соответственно, понимание важности музеев в обществе прививается с детства.

Полная или частичная републикация текста без согласия редакции запрещена и будет считаться нарушением авторских прав.

Добавить комментарий